|
| | Растительный покров Туркмении |
Туристу в Туркмении растительный мир покажется интересным: это буйство весеннего ковра, когда вас пленит запах цветов, поражает палитра весеннего луга. Но это буйство бывает только весной. Далее южное солнце сожжет эти весенние краски туркменского луга. И все это представляет интерес для исследователя, которого привлекает многообразие форм в природе. А потому любознательного туриста мы приглашаем посетить Туркмению, чтобы лично убедиться в разнообразии форм растительной жизни на земле.
Предлагаемая заметка о растительном мире Туркмении поможет сделать правильное представление о разнообразии форм жизни, а также их умении приспособляться к различным климатическим условиям. Ваше посещение этой удивительной страны оставит неизгладимое впечатление.
Для большей части территории Туркмении даже само понятие «растительный покров» в его обычном понимании не подходит: здесь нет «покрова», нет сплошного ковра растительности, как в большинстве других географических зон.
Здесь пустыня, и вся растительность приспособлена к ее главной климатической особенности — к острому недостатку влаги в почве и в воздухе на протяжении почти полугода. Потребовались десятки миллионов лет эволюционного отбора для того, чтобы природа создала растительные организмы, способные развиваться и плодоносить в таких суровых условиях.
История современной растительности Туркмении восходит к неогеновому периоду, когда воздвигнутые альпийским горообразованием хребты прикрыли равнины Центральной Азии от влагонесущих южных ветров. В результате здесь начал формироваться климат континентальных пустынь. По мере того как он становился суше и континентальнее, населявшие эти земли вечнозеленые растения, близкие к тем, что сейчас растут на берегах Средиземного моря, постепенно вымирали. Сохранялись лишь те, что оказывались более приспособленными к изменившимся условиям. К ним присоединились еще немногие пришельцы из пустынных территорий Передней Азии и Африки, семена которых случайно занес сюда ветер или птица. Вместе они и заложили основу новых растительных видов, для которых со временем туркменская земля стала домом.
Вместе с тем неоднородность жизненных условий привела к формированию на территории Туркмении нескольких типов растительности: эфемеро-эфемероидного — в лёссовых предгорьях, водорослево-лишайникового — на такырах, псаммофильного — на песках, гипсофильного — в щебнистых пустынях, галофильного — на солончаках. Каждый из них представляет собой группу разных растений, принадлежащих разным семействам и объединенных в единое сообщество приспособленностью к одному, определенному по своим свойствам месту обитания.
Так, большое и очень оригинальное растительное сообщество представляет собой эфемеро-эфемероидный тип.
Главные составляющие его растения, дающие название всему сообществу, не имеют специальных приспособлений для борьбы со своим главным врагом — засухой, но зато они обладают способностью с ней не встречаться. В течение всего каких-нибудь 5—6 скоротечных весенних недель они, жадно используя тепло и кратковременное обилие влаги, успевают пройти все стадии развития, образовать семена, а потом на сухое время года впадают в состояние покоя.
Такие многолетние травянистые растения, среди которых особенно многочисленны пустынная и песчаная осоки, мятлики, тюльпаны, называются эфемероидами, а их земляки-однолетки — различные злаки, малькольмия, маки — эфемерами. Последние вообще в одну весну начинают и кончают всю свою мотыльково-короткую жизнь, оставив семена, из которых прорастет уже следующее поколение.
Этот тип растительности занимает в Туркмении сравнительно небольшие площади на юге, на суглинках и лёссах предгорных равнин, где развиты сероземы. Там земли, безрадостные в другое время года, на полтора-два весенних месяца превращаются в настоящие луга, совершенно несовместимые с обычным представлением о пустыне,— на густом ковре из сочной, нежной зелени яркими красками горят многочисленные цветы, наполняющие теплый воздух сильным приятным ароматом.
Весной эфемеры и эфемероиды дают скоту первый зеленый корм, а летом, высыхая, служат ему как бы «сеном на корню». Особенно велико хозяйственное значение песчаной осоки. По-туркменски она называется илак. Эта невзрачная тонколистая травка — главное кормовое растение пустыни. Ее редко торчащие небольшие кустики покрывают огромные площади грядовых и бугристых песков.
В общем, совсем необширные земли эфемеров примыкают на севере и на западе к неровной и рваной полосе такыров.
Это — места обитания особого водорослево-лишайникового типа растительности, наименее продуктивного растительного сообщества в Туркмении, а может быть, и вообще на планете. Его составляют примитивные, низшие растения — сине-зеленые водоросли и накипные лишайники. Своей жизненной ритмикой они напоминают эфемероиды — вегетируют тоже только короткой весной, пока увлажнены такыры. Но высыхает глинистая такырная корка, и вместе с ней высыхает и тонкая пленка водорослей, и шероховатое слоевище лишайников. Но растения не умирают, а лишь замирают, переходят в стадию покоя до, следующей весны.
Один из наиболее характерных типов туркменской растительности представляют так называемые псаммофиты, песколюбы — травянистые, а больше кустарниковые и древесные растения, живущие на рыхлых и даже на подвижных песках. Благодаря эволюции в миллион лет, у них все — листья и стебли, плоды и корни, ткани и сосуды — удивительно приспособлено для того, чтобы противостоять множеству неблагоприятных свойств среды: зною и сухости длинного лета, ненадежности грунтов, бедности почв, сложной изменчивости температурных и водных режимов, частым ветрам.
Их 20—25-метровые разветвленные корни, в несколько раз превосходящие длину надземной части, добираются сквозь толщу песка до грунтовых вод, как, например, у сюзена — песчаной акации, или, раскинувшись горизонтально, собирают по каплям влагу с больших площадей в верхних слоях песка, как, например, у злака селина.
Чтобы экономнее расходовать дефицитную влагу, псаммофиты имеют мелкие листья, а некоторые из этих растений-песколюбов, например дерево пустыни — саксаул, вообще не имеют листовых пластинок, ассимиляционные функции которых выполняют сочные членистые веточки — зеленые стеблевые побеги.
Два вида саксаула — белый песчаный, но главным образом черный (который, впрочем, нельзя отнести к типичным псаммофитам, так как он обитает на засоленных песчано-глинистых почвах, а в песках—по понижениям с засоленными грунтами) — образуют заросли — ни с чем не сравнимые «леса» пустыни, особенно обширные и густые на юго-востоке Каракумов.
Севернее основной области распространения псаммофитов, в Северных Каракумах, а преимущественно на Устюрте, там, где развиты жесткие, щебнистые, насыщенные гипсом кыровые сероземы, сообщество образуют боялыч, биюргун, тетир в комплексе с главным пастбищным растением этих мест — полынью. Все эти полукустарнички не только ксерофиты, но и обязательно гипсолюбы, приспособленные к жизни на почвах с большим содержанием сернокислой соли кальция. Они образуют особый тип растительности, так и называемый гипсофилъным, и создают характерный облик этих мест: монотонная серовато-желтая пустыня, по которой редко-редко разбросаны низкорослые, не более полуметра, мелколистные летом словно бы увядшие кустики.
Если же мы с этих возвышенных каменистых пустынь спустимся в межкыровые котловины, то во многих из них обнаружим солончаки. На их грязно-желтоватой, разорванной трещинками корке кое-где темнеют редкие группы небольших растений — как бы карликовые рощицы. Их образуют низкорослые кустарнички селитрянки, зейдлиции, сарсазана, соляноколосника, полукустарника поташника, но главным образом различные травянистые: солерос, шведка, гарак и другие солянки.
Это — тип растительности солончаковых пустынь, сообщество галофитов — растений необычайной солевыносливости с характерной внешностью: у них сочные мясистые листья и стебли туго налиты рассолом. У некоторых листья недоразвиты или даже совсем отсутствуют; их заменяют зеленые стебли.
Солончаковые пустыни распространены (кроме межкыровых котловин) по долинам рек, по древним, ныне высохшим руслам, а также просто в понижениях, особенно на западе республики — на приморской низменности.
Однако на равнинах Туркмении прекрасно развиваются и совсем не пустынные группировки. Это — тугаи, первобытные заросли в речных поймах, сохранившиеся главным образом на левобережье Амударьи. Здесь есть участки, где они тянутся полосой в 3, а то и в 5 км ширины. Местами они образуют непроходимую чащу, настоящие джунгли, но обычно имеют парковый облик.
Выше всех, на 12—14 м, поднимает в них свою густую крону тополь-туранга с жесткими, кожистыми листьями. Ниже его — колючий и раскидистый лох со сладко-мучнистыми плодами, идущими в пищу и на изготовление вина. А под деревьями — кустарники: тамариск с метелочками синевато-зеленых нежных стеблей, заменяющих листву, гибкие кустарниковые ивы, разновидность миндаля — бобовник, полукустарник ежевика. Оплетая стволы и ветви, взбирается вверх, к свету, толстая лиана ломонос восточный. В самом же низу землю сплошь укрывает богатое тугайное разнотравье. Лишь кое-где открываются почти совсем оголенные пятна солончаков. В низовьях Амударьи к самой воде стеной подступают заросли эриантуса — гигантского 3—5-метрового злака. Его жесткими стеблями и листьями кроют крыши, из них выделывают веревки, плетут циновки, а молодые побеги поедает скот.
В безлесной стране, где так беден растительный мир, дикие оазисы тугаев служат самым надежным поставщиком строительной и топливной древесины. К сожалению, они занимают всего 1% площади туркменских равнин.
Кроме тугаев настоящую древесную растительность найдем мы в Туркмении только в горах. Однако горы эти, как известно, невысоки, и поэтому влияние пустыни сказывается чуть ли не до самых их вершин. И все же можно проследить, особенно в Копетдаге, как на горных склонах по высотным поясам сменяются различные типы растительности.
До 700 м над уровнем океана поднимаются типично пустынные группировки с полынью, осокой-караилаком, мятликом-арпаганом, солянкой-тетиром.
Летом эта растительность выгорает.
Средний пояс — между 700 и 1500 м — занят преимущественно видами полупустыни или сухой степи — пырейно-разнотравным покровом с множеством ковылей. Это главный пояс весенних покосов и летних пастбищ. В нем же небольшие участки заняты полями, на которых выращивают зерновые без полива.
Еще с высоты 400—500 м в Копетдаге появляется арча, или можжевельник туркменский,— сын щебнистых, сухих гор с бугристым неровным стволом в 12—15 и даже 20 м высоты. Это дерево образует характерные редколесья, в которых встречается также невысокий и криво ствольный клен туркменский. Впрочем, кое-где по тенистым и влажным ущельям он растет непроходимыми лесами.
Вообще горные ущелья, особенно на юго-западе Копетдага, укрытые от холодных ветров, служат приютом для более нежных тепло- и влаголюбивых растений. Там образуют густые заросли шиповник, боярышник, ежевика, барбарис, кизил и желтый жасмин, а также дикие виды инжира и гранатника, грецкого ореха и винограда и, конечно, широко распространенная в туркменских горах фисташка — дерево высотой до 7 м. Всего в республике она занимает немалую площадь — около 40 тыс. га.
Особенно много фисташковых рощ на крайнем юге, в районе Кушки и Серахса.
В самом же высоком поясе, выше 1500 м, а на теневых северных и наветренных западных склонах выше 2000 м, располагаются нагорные ксерофиты — жесткие травы, колючие и подушкообразные кустарники. Среди них и очень характерное для Копетдага растение — гипсофила. Она образует такую плотную и упругую подушку, что через нее не проникает дождь, а лошадь, пройдя, не оставляет следа. Другой типичный копетдагский нагорный сухолюб — полуметровый кустарник трага-кантовый астрагал. При подсечке он дает очень ценную трагакантовую камедь, которую используют в кондитерской, текстильной и кожевенной промышленности, в полиграфии, а также для изготовления клея и акварельных красок.
Да и кроме этого астрагала естественный растительный мир Туркмении богат видами, которые по-разному служат или могут служить человеку: из пустынного кустарника — тамариска добывают дубители, из песчаной акации — красители, фисташка помимо вкусных плодов дает лекарство тенин, дубильные вещества, краску для тканей, ценную столярную древесину. Издавна туркмены окрашивали пряжу для своих знаменитых ковров в характерный темно-красный цвет великолепным красителем, добываемым из корневищ пустынной травы — марены: теперь туркменские фармацевты, кроме того, извлекают из нее экстракт против почечной и желчно-каменной болезни.
Из ветвей и листьев кустарника-песколюба черкеза добываются алкалоиды, хорошо снижающие кровяное давление.
Вообще растения Туркмении, особенно ксерофиты, содержат в своих клетках большое количество эфирных и жирных масел, алкалоидов, дубителей, с помощью которых они удерживают воду и противостоят жаре и сухости. Многие из этих веществ обладают ценными лекарственными свойствами.
Земли оазисов почти целиком заняты культурной растительностью: хлопчатником, зерновыми, овощами, плодовыми и виноградом. На нераспаханных, периодически заливаемых землях пойм растут тамариск, верблюжья колючка, ажрек, солодка, а на наиболее низких пойменных участках речных долин рогоз и тростник. |
|
|
Add to favorites
